Затем заговорил Шмид. Он сказал, что Спасский проявил спортивный дух, достойный восхищения, легко согласившись перебраться в заднюю комнату. На всякий случай главный арбитр добавил: «Я спас матч, но не собираюсь впредь принимать подобных решений».

Похвала Спасского за его спортивность вызвала горькие комментарии в советском стане. Ивонин в дневнике отметил,

После ночного анализа отложенной позиции с гроссмейстером Исааком Болеславским, прибывшим в Исландию с кратким визитом, Спасский открыл запечатанный ход - ±аЗ+ - подумал пять минут и сдался. Шмид извинился перед публикой за несостоявшееся шоу. Люди заплатили по доллару за минуту и увидели только один ход. Через десять минут после ухода Спасского

Так, 16 июля 1972 года, в пять минут шестого матч на первенство мира по шахматам наконец начался по-настоящему.

Шмид не раскаивается в своей нетрадиционной тактике: «Я мог сказать Бобби: если ты споришь об условиях, то не обязан оставаться в этой комнате. Ты имеешь право подать новую жалобу. Но я подумал - и, скорее всего, так бы оно и случилось, - что он уйдет и уже никогда не вернется. Это был поворотный момент в матче».

Фишер отставал от чемпиона на два очка. Он ни разу не побеждал Спасского

Спасский вел себя как настоящий спортсмен, позже скажет Шмид. Сегодня он уже не столь щедр: «Разумеется, Спасский лидировал. У него были причины согласиться на перенос партии из зала, чтобы Бобби вернулся. Поэтому с ним было легко, и он с готовностью откликнулся». Пока Шмид и Тораринссон яростно пытались спасти матч - один ради Фишера, другой ради сохранения собственной